"Mad Heads XL": "Рок музыканты для попсы — плохой материал"
Ребята из «Mad Heads» начинали как рокабилли и сайкогруппа и были, по сути, миссионерами этой музыки в Украине. Но английские песни и непонятное большинству украинцев звучание стало отдалять музыкантов от родины. «Mad Heads» начали чаще выступать за границей, чем дома. Обычно, находясь вдали от родины, лучше понимаешь, что для тебя значат твоя страна и твой народ. Так и пришло ощущение, что важно сделать чтото «для своих». Сегодня о своем музыкальном и жизненном кредо лидер «сумасшедших голов» Вадим КРАСНООКИЙ рассказал в эксклюзивном интервью «ИТ».
Вадим, с 2004 года вы «Mad Heads XL». Что изменилось?
Тогда в группе вдвое увеличился состав музыкантов, и, собственно, XL означало, что нас стало значительно больше. Оказалось, что больше нас стало не только внутри группы, но и вне ее: в СМИ, на сцене. А самое главное, конечно, – в сердцах слушателей, количество которых сильно возросло. Причем это не было связано с денежными вливаниями или грамотной раскруткой с этим у нас всегда были проблемы. (Смеется.) Все происходило благодаря тому, что наши песни, звучание, концертная подача оставляли много неравнодушных. После выступления на «Таврийских играх» в 2004 году нас стали активно звать на большие концертные площадки, а первый клип, представляющий новое лицо группы («Надія є»), вышел на экраны только через год.
Многие рокгруппы в погоне за большей популярностью и заработком уходят в попсу. Как, повашему, обстоит дело с роксценой в Украине? Многие «попсеют»?
Я не считаю, что эшелоны украинской попсы все напрочь состоят из рокеров. Попса – это конвейер, на котором продюсеры штампуют некий околомузыкальный ширпотреб. Рокмузыканты же являются для этого производства плохим материалом, они имеют свой характер, свои амбиции – все это пришлось бы ломать. А зачем продюсеру лишняя морока? Ведь на улице стоит очередь из девочек и мальчиков попроще, согласных делать все, что скажут. А рокер, даже если поломает себя, все равно не добьется успеха, поскольку без ощущения внутреннего удовлетворения трудно делать большие дела. Так что роксцена в Украине не «опопсевает» и прекрасно существует в многообразии стилей, вплоть до самых экстремальных. К тому же она постоянно пополняется молодыми талантами. Другое дело, что роккультура у нас не настолько развита, как на Западе, поэтому рок в основном в андеграунде. Достучаться до широкого слушателя и остаться при этом рокгруппой – задача очень непростая.
Вы тоже перешли в другой стиль. Почему?
Мы в этом плане постоянно экспериментируем. Мы долго и мужественно держались рамок рокабилли и сайко, но постоянный зуд творчества, желание попробовать так и эдак привели к тому, что от изначального стиля у нас мало что осталось. Тогда мы признались в этом сами себе и развязали руки. В это время мы больше всего слушали неосвинг, скапанк, балканский фолк и Ману Чао. Это все, конечно же, отразилось на новых песнях, для исполнения которых понадобились духовые инструменты, а значит, и новые музыканты. Плюс все это мы спели на украинском языке и вырастили на украинской почве. Вот такой получился стиль.
Вы выступали в поддержку одного из кандидатов и в предвыборной кампании2006, и теперь, в 2009. Значит, вы еще не разочаровались в нашем правительстве, «надія є»?
Я верю в Украину независимую, демократическую, европейскую. И я вовсе не идеализирую деятельность нашего правительства: нужно же учитывать реалии. В кризис, в состоянии постоянной политической борьбы вообще трудно показать какиенибудь результаты, и я не знаю, кто справился бы лучше. Ясно, что гораздо удобнее сидеть в оппозиции, критиковать и строить козни.
А сами не планируете удариться, как многие артисты, в политику?
Пока я не вижу себя ни политиком, ни чиновником. Не знаю, может быть, когданибудь и возникнет интерес попробовать себя в такой роли, но сейчас, мне кажется, занимаясь творчеством, я могу сделать для страны гораздо больше.
Вадим, вы вегетарианец. Это убеждение или, как некоторые говорят, настоящая религия? Категоричны в этом вопросе?
Мое убеждение заключается в том, что наилучшая пища для человека – сырая растительная. Организм наш – уникальный аппарат, способный ко многому приспосабливаться (один человек во Франции, к примеру, съел велосипед), но на любом другом горючем он работает хуже и портится быстрее. Поэтому от мяса я отказался совсем, иногда позволяю себе рыбу и молочные продукты, чтобы переход не был слишком резким. Чувствую себя сейчас гораздо лучше, чем раньше, в частности ушли около 20 кг лишнего веса. Конечно, это и духовная практика, поскольку в здоровом теле – здоровый дух, жизнь воспринимается иначе, приходят новые мысли, открываются новые горизонты. И, кстати, насчет религий: неспроста же они все рекомендуют отказ от мяса или ограниченное его употребление. Взять хотя бы нашу православную систему постов – очень хорошая оздоровительная диета.
А украинский язык? Тоже убеждение?
Именно убеждение. Если я хочу изменить к лучшему свою страну, я должен начать с себя, иначе я и не вправе требовать этого от когото еще. Я ведь русскоязычный киевлянин: русский в семье, русский в школе. Большинство людей, с которыми я общаюсь, и сейчас говорят на русском, хотя в принципе любят и уважают украинский, просто перейти на него – это определенное усилие над собой, а лишних усилий мы не любим. Но ведь это и есть то конкретное, что каждый мог бы сделать для своей страны, прежде чем спрашивать, что она делает для него. Что, собственно, это даст стране? Да очень многое. Если мы хотим, чтобы нас уважали, мы должны научиться уважать себя. Почему граждане Украины не говорят на украинском? Это что, стыдно? Мне вот както стало стыдно, что я на украинском НЕ говорю. Было это за границей, в Испании, мы в порыве патриотизма объясняли нашим испанским друзьям разницу между Украиной и Россией. И тут вдруг один из них спросил: «А вы между собой на каком языке говорите?» и весь мой патриотизм сдулся. Тогда я впервые об этом серьезно задумался. И еще один момент, если хотите, мистический. Язык формируется на протяжении столетий в условиях определенного региона. В нем зашифровываются коды, необходимые для гармоничного существования и энергетической связи с землей, на которой он возник.
В то же время «Green Grey» заявляют о дискриминации русскоязычных артистов в Украине. Существует ли такая проблема, на ваш взгляд?
На мой взгляд, это полная ерунда. Разве мало в Украине артистов, спокойно поющих на русском? Почти вся попса именно так и делает, потому что это выгодно, можно продаваться и в Украине, и в России. А вот рокеры в основном поют на украинском, и тоже не случайно: это и творчески интереснее, и активная гражданская позиция.
Вадим, часто ли вы экспериментируете с внешностью? Были ли по этому поводу скандалы или курьезы в семье, школе, вузе?
Да, конечно. Когда мама впервые увидела прическу типа «ирокез», она чуть в обморок не упала. Тем более, что пришла домой в момент, когда прическа была еще не закончена, так что видок был еще тот. Но вообще надо отдать должное родителям: они к моим приколам относились весьма демократично и с юмором. То же было и с учителями в школе. Когда я блеснул новой прической за несколько дней до выпускных экзаменов – одни хвалили за смелость и оригинальность, другие сочувствовали («Айяйяй, вот на экзаменах тебе чтото не то поставят»), но ни один не сказал ничего плохого. Правда, право быть оригинальным я в школе зарабатывал не один год, так что это тоже был своего рода экзамен. Ну а в вузе и подавно никто ничего не говорил. Странно както: меня даже на улице ни разу не побили. А вот знакомым, бывало, доставалось.
А в жизни ваша группа тоже «mad»? В чем это проявляется?
Да на гастролях, бывает, всякое случается. Тем более на сцене. Но вообщето в последние годы, я бы сказал, это проявляется прежде всего в позитивном восприятии реальности. То есть это не безумие в обычном смысле, а просто нечто не характерное для «нормального» человеческого поведения. А зря…
Ваш самый безумный поступок в жизни?
Создание группы. Вот уже много лет я расплачиваюсь за это абсолютно «ненормальной» жизнью. (Смеется.)
А лозунг «sex, drugs and rock’n’roll» для вас актуален?
Скажем так, в этом уравнении для меня нет неизвестных. Но если секс и рокнролл я считаю вещами категорически позитивными, то с наркотиками все наоборот. Даже алкоголь употребляю нечасто, а с никотином распрощался пару лет назад и считаю этот наркотик наихудшим.
Вы, наверное, по себе знаете, что начинающим рокгруппам разной стилевой направленности (рокабилли, ска...) тяжело пробиться на большую сцену. Не хотите заняться продвижением какойнибудь молодой перспективной группы?
Я всерьез подумаю о том, чтобы заняться продюсированием, если почувствую, что исчерпал себя как музыкант. Я не люблю халтуры: если за чтото берусь, то с полной самоотдачей.
Анастасия ПОЙДА, "ИТ"
![]() |
