Запорожье криминальное эволюция уголовного элемента (ч. 2)
Продолжаем изучать, с чего начались и куда привели бандитские 90-е
Развитой социализм: элите и карты в руки
Был, был всетаки в криминальной истории нашей многострадальной страны (и нашего города в том числе) узкий, как просвет в тучах, период относительного спокойствия в 60х годах. Как ни странно, но послевоенные репрессии сыграли положительную роль. Преступность была загнана в притоны и «малины». Наиболее многочисленным был отряд карманных воров, квартирных – значительно меньше. Да и что тогда было воровать у людей, которые ключи от квартир оставляли под напольными ковриками, а в частном секторе и вовсе дома не запирали. Подавляющее большинство советских граждан жило на зарплату. Артисты, космонавты и прочая богема, которых можно было пощупать на предмет матценностей, обитали в столицах. Местный партхозактив располагал разве что харчами посытнее, квартирами попросторнее, библиотеками побогаче да дачами установленных размеров.
Элитой преступного мира тогда выступали картежники. Легендарными личностями по этой части были Кучма, Корчма, Бублик, Кононей, Русский, Спартак, Тереза, братья Солики. Запорожские картежники имели репутацию одних из самых профессиональных в СССР. Местами их обитания были рестораны «Театральный», «Таврия» (ныне супермаркет напротив мэрии), «Днепр», «Золотой колос» (находился в районе пр. Металлургов). В наш город часто съезжались выдающиеся картежники и устраивали, так сказать, чемпионат – катран, на кону которого были сотни тысяч рублей. Картежники имели свои условные понятия чести, не марали рук тяжкими преступлениями. Так, по мелочи: то клофелина накапают сопернику, то подкупят продавщицу магазина, и она продаст крапленые колоды как нетронутые. Закон был такой: если тебя «обули», значит, ты лох, не обижайся.
Со своими, если возникал спор, тоже разбирались по понятиям. Старожилы, которые в теме, помнят такой случай. В ресторане гостиницы «Днепр» Сеня Бублик из нагана у всех на глазах застрелил Ваню Сысю. Оба они были картежниками из когорты первых, а спор вышел изза женщины. Бублик обиды не простил, пошел на зону, но авторитет свой поддержал.
Чем более сытые наступали времена, чем лучше хотелось жить людям, тем сильнее и разнообразней становилась преступность. 70е годы ознаменовались скачкообразным ростом криминала. Загнивание, как и полагается, началось с верхушки. Партийногосударственным деятелям всех уровней уже мало было только власти, им хотелось выделяться богатством. Дразнящим зеркалом их достатка стали их же дети, которые постепенно сформировали тонкую прослойку местной золотой молодежи. Простым людям тоже хотелось носить красивую одежду и золотые украшения, обставлять квартиру хрусталем и коврами. Им уже мало было «просто жить» без бомбежек, ночных арестов и голода. Хотелось жить красиво и на широкую ногу. Деньги на «красивую жизнь» прятались, как правило, в кубышку, а не в сберегательную кассу – ведь за любой вещью надо было долго погоняться, чтобы достать. Постепенно квартирное воровство стало профессиональным и очень прибыльным ремеслом. Параллельно стремительно росло (в соответствии с ростом личного автотранспорта) число профессиональных угонщиков.
Закат социализма: грабь грешников
На такой неутолимый товарный спрос предприимчивые люди не могли не откликнуться предложением. Но – зачастую рискуя свободой и даже жизнью. Люди жаждали мехов, драгметаллов, дубленок, джинсов, одежды – всего того, что именовалось заповедным словом «дефицит». В 80х годах окрестности рынка Анголенко, особенно ниже проспекта Ленина, превратились в нелегальную кооперативную слободу. Дома, домишки и халупки по улицам Жуковского, Артема заселили армяне и цыгане (по 15 прописанных душ в одной квартире), которые изготавливали и сбывали ходовой товар на рынках города.
Одной из первых зафиксированных организованных преступных групп в Запорожье была банда, предводителями которой являлись Черт, Чарлик и Проноза. Этим молодым, симпатичным и дерзким парням уже мало было организовывать драки район на район и держать в страхе танцлощадки. У них проснулся материальный интерес к меховщикам и золотникам – так называемому богатенькому классу кооператоров. Они же были «авторами» первого (из зафиксированных) рэкета. Тогда их жертвой стал некий меховщик Володямолдаванин. Парни похитили кооператора, приковали его к трубам в подвале и заставили написать жене записку, чтобы несла вымогателям деньги. Принесла, конечно… Таких жертв на счету банды было немало.
Расчет на запугивание кооператоров был простой и верный: в милицию они заявлять не торопились, потому что совсем не желали почувствовать на себе пристальное внимание стражей закона. Люди, которые по подвалам плавили золото, шили дубленки, выделывали меха и строчили «фирменные» джинсы«вранглеры», деюре совершали противоправные действия и были удачной мишенью как для всякого рода преступников, так и для органов ОБХСС. Зарабатывать производством по закону в те годы еще было нельзя. Вот запорожские робин гуды и грабили под шумок грешников. Правда, упомянутую лихую троицу вскорости разбросало по зонам…
Perestroika: вся власть спортсменам
В суматошных 80х в Запорожье впервые появился такой вид мошенничества, как игра в наперсток. Говорят, его завезли к нам представители малочисленной восточной национальности – езиды. Только на первый взгляд эта околобазарная забава выглядела примитивной. Сидит себе ушлый мужик, шарик наперстком или стаканчиком катает, никого за руки не хватает. Ну, захотелось прохожему угадать, где шарик спрятан, – что в этом плохого? Играли не на интерес, а на деньги. Конечно, среди проигравших попадались крепкие и смелые мужики, которые с выводами «крупье» были решительно не согласны и готовы были силой возвращать свои кровные.
Вот тутто и возник спрос на сильных, молчаливых и безотказных ассистентов наперсточника, которые в нужный момент убедительно возникали у него за плечами. Набирать таких начали среди спортсменов, преимущественно борцов и боксеров.
Постепенно не обремененная моральными комплексами спортивная молодежь стала пользоваться повышенным спросом и в деле отъема заработанных денег у предприимчивых граждан – теперь уже не кооперативщиков, а членов ООО, обществ с ограниченной ответственностью. Напомним, что СССР к тому времени уже погружался в коматозное состояние. Убаюканные социалистической стабильностью и незыблемостью рубля советские граждане впервые почувствовали на себе, что такое инфляция, рост цен, безработица и политическая неразбериха. На фоне этих «непоняток» молодым крепким ребятам предлагали вполне конкретные деньги за несложную в общемто, но постоянную работу по устрашению несогласных и наказанию непокорных. Привыкали… Смотрели на кассетах фильмыбоевики, разучивали приемчики, как грамотно пользоваться кулаками, ступнями, бейсбольными битами и прочими атрибутами.
К 90м годам в лидерах запорожского преступного мира ходили Магомет (мастер спорта по разным видам борьбы), Франц (борец, общество «Динамо»), Спектр, Грузин. Это нельзя назвать особенностью нашего края – преступные кланы в то время часто возглавляли спортсмены.
Здравствуй и прощай, оружие
Так формировались злокачественные образования, которые вошли в 90е годы как «бригады». Очень скоро одних мышц и кулаков стало недостаточно – структурированные преступные группы начали стремительно вооружаться. Помогла им в этом бывшая Советская армия, ставшая бесхозной. Пользуясь бардаком в стране и бесконтрольностью командного состава, со складов растаскивали и продавали бандитам вооружение люди в погонах, которые имели к нему хоть малейшее отношение. Тогда же появились и первые киллеры из числа спортсменов и хорошо подготовленных физически, но потерявших работу военнослужащих. В Запорожье хорошо помнят подобную группировку, которая по заказу «убирала» не только чужих, но и ставшими ненужными своих.
За пару лет последнего десятилетия ХХ века преступники сформировали хорошо вооруженную армию. С каждым годом количество преступлений, совершенных с применением оружия, катастрофически росло. Например, в 1993 году таких преступлений было 262, от пуль погибло 253 человека. В арсенале бандитов уже были импортные приемнопередающие устройства, приборы ночного видения, автоматическое оружие изза рубежа и из горячих точек. В 1994 году у них было изъято 600 единиц оружия. По установленному порядку после оно отправлялось на переплавку, в госторговлю или на спецсклад УВД до особого решения. Через торговую сеть реализовывалось охотничье и гладкоствольное оружие. Для собственных нужд милиционеры оставляли отобранные пистолеты ТТ, Макарова, Стечкина. Редкими экземплярами – например, автомата Томпсона или пистолетапулемета «Кедр» – пополняли коллекцию музея МВД.
В переплавку шло, как правило, самодельное оружие. «У гражданина Н. дома изъяты 1 тыс. патронов к разным видам оружия, пистолет «Вальтер» кустарного производства, заготовки и запчасти для пистолетов» подобная информация в криминальных сводках появлялась постоянно. Кустарным производством оружия, в том числе ручекпистолетов, грешили умельцы с заводов ферросплавного, «Запорожавтоматика» и других. Оружие отправляли на переплавку в копровый цех «Запорожстали», но заинтересованные рабочие успевали вытаскивать изпод пресса оружейные запчасти и мастерить самопальное оружие.
В ноябре 1993 года в Запорожье на улице Гоголя был открыт первый в области лицензированный коммерческий оружейный магазин от
облспорткомитета «Динамо», продукцию которому поставлял российский посредник. Невзирая на стоимость в 10 хороших месячных зарплат того времени в купонокарбованцах, американские карабины, ружья ТОЗ и особенно газовые пистолеты типа револьвера Нагана пользовались большим спросом.
Валентина ИВАНЧЕНКО, «ИТ»
![]() |
