Establishment - хроника настоящего - Самые долговечные деньги - запорожский еженедельник, газета Истеблишмент, запорожская газета, хроника настоящего, деньги, история, ракушки

Деньги как деньги

Красивые раковины каури (Cyprea moneta – лат.) издавна добывались в Индийском океане, близ берегов Мальдивских и других островов. За тысячи лет до нашей эры и вплоть до ХХ в. местные жители бросали в воду листья кокосовой пальмы и подбирали их после того, как те покрывались ракушками. «Урожай» в давние времена использовался как местная денежная единица, а также «работал» деньгами в Индии, на Цейлоне, в Китае, Японии, Таиланде и даже в Африке.

В ХIII в. итальянский путешественник Марко Поло увидел и описал «фарфоровые» раковины каури, служившие деньгами в китайской провинции Толоман. Затем арабский путешественник Ибн Батута, забравшийся в 1352 г. в Северо-Западную Африку, обнаружил в царстве Мелле валюту-каури с точно вычисленным курсом к арабским дирхемам и динарам. Чуть более века спустя итальянец Кодамосто написал о торговле за каури в негритянском царстве Сонгай.

Во второй половине ХIХ в. англичане описали факты расчетов с помощью каури в Индии. А этнографы ХХ в. зафиксировали то же самое у многих африканских племен. Они установили, что курс ракушечной валюты непрерывно повышался по мере «продвижения денежных знаков» от восточного океанского побережья вглубь материка. Во внутренних районах Африки раковинами свободно оплачивался практически любой товар, и возмещалась стоимость любого имущества.

В начале ХХ в. некоторые западноафриканские народы расплачивались раковинами не поштучно, а «шнурками». Одно из племен, к примеру, использовало в качестве минимальной платежной единицы «шнурок» из 40 раковин, нанизанных на веревку. Соответственно, 50 «шнурков» (2 тыс. раковин) составляли «голову» каури, а 10 «голов» (20 тыс. раковин) – «мешок». Племена в конце ХIХ в. за такую валюту покупали жен: пожилая стоила «мешок», а молодая – три-пять «мешков». И даже в середине ХХ в. африканские племена платили по 100 раковин за пакетик сушеных кузнечиков и за два куска мыла, 150 — за топор, около 600 — за рулон индийской хлопчатобумажной ткани. Продавали экзотический товар племена тоже исключительно за свою валюту, а не за европейские «бумажки». Глиняный языческий символ-фетиш племя бассари скромно оценивало в 300 каури.

Налоги и штрафы, провизия и надгробные камни — все оплачивалось раковинами каури. Каждый налогоплательщик государства Борну обязан был отдавать госказне 1000 раковин подушной подати, еще столько же — за вьючного быка, по 2000 — за каждого раба! На каури африканцы играли в азартные игры типа «орла и решки». И какой-нибудь местный богач мог запросто потерять все свое состояние, если подкинутая вверх каури плюхалась на землю «не той стороной».

Впрочем, курсы раковин на первобытных рынках обрели «цивилизованные» эквиваленты сразу после того, как афро-азиатские обитатели «валютных зон каури» оказались в зависимости от европейских колонизаторов. В Индии середины ХIХ в. немецкая марка или английский шиллинг (1/20 фунта стерлингов) равнялись 4 тыс. каури. Соответственно, за фунтовую банкноту отдавали 80 тыс. ракушек, а за медную монету в 1 пенс (1/240 фунта) — около 330. На Цейлоне целая тонна раковин продавалась за GBP70. Иные курсы каури к мировым валютам сложились на африканском континенте: в Западной Африке за 1000 каури давали 1 шиллинг 3 пенса, в Судане за 2000 каури платили $1.

Европейские бизнесмены той поры быстро оценили выгоды международной торговли ракушками каури и расчетов с помощью денег-каури. В 1870-е гамбургская фирма Годефруа ежегодно посылала несколько торговых судов на остров Занзибар за каури, которые доставлялись затем в Западную Африку и обменивались на драгоценное пальмовое масло. Только в 1868-1870 гг. порт Лагос (нынче Нигерия) принял 8600 т каури. Впоследствии значение этой торговли настолько возросло, что уже на рубеже ХIХ-ХХ вв. данные о ней засекречивались и считались коммерческой тайной.

Вампумы вместо долларов

Знаменитые каури не были у первобытных народов единственной валютой океанского происхождения, они имели несколько весьма «знатных родственников». Среди них — деньги-ракушки индейцев Северной Америки. В отличие от азиатских и африканских каури, индейские деньги-раковины использовались не в натуральном, а в специально обработанном виде. Индейцы обтачивали и полировали заготовки из ракушек различного вида до получения маленьких белых, черных или красных цилиндров. Нанизанные на шнуры, они назывались вампумами и служили как украшениями, так и деньгами. Вампумами, например, расшивали пояса, укладывая их в причудливые орнаменты. Вампумы являлись племенными сокровищами, атрибутами власти вождей, служили символами заключения мира или объявления войны. Как и каури, вампумы дожили до новейших времен, сохранив у представителей первобытных общин статус более серьезной валюты, чем доллары. Денежные вампумы «ходили» в Новой Англии, в Каролине и Вирджинии, а также на рынках Бостона и Нью-Йорка даже в XIX и ХХ вв.

Деньги-вампумы, составленные из различных ракушек, имели свою ценовую шкалу. Весьма дорого ценились низки из белых и фиолетовых кружочков, сделанных из раковин куахуг. Они даже использовались в качестве своеобразных «юридических документов» при заключении межплеменных договоров. А одна раковина денталиум, похожая на слоновый клык в миниатюре (длиной до 8 см), приравнивалась к 40 мелким раковинам иного вида. Женщины из племен, обитавших южнее Аляски, добывали денталиум по берегам реки Ванкувер. Стоимость изготовленных из них «денег» дифференцировалась в зависимости от чистоты белого цвета и симметрии формы. В ХIХ в. за 40 таких «денег», нанизанных на шнурок длиной чуть более 2 м, можно было купить бобровую шкуру.

Постепенно «зоны» вампумов сужались, стирались и к концу века существовали только у аборигенов Аляски. Индейцы же западного побережья Канады и США перешли на расчеты в шерстяных одеялах, а обитатели восточных штатов и территорий — на доллары.

В стране денег-насса

Еще один обширный регион распространения денег-ракушек — Океания. В фольклоре меланезийских островов архипелага Бисмарка (Папуа-Новая Гвинея) есть замечательная сказка об отважном юноше, который, благодаря высоким моральным качествам, стал обладателем несметного богатства — множества корзин раковин, которые он получил в волшебной Стране Денег на одном из островов Океании. Юноша и показал людям путь в эту страну.

Основной меланезийской валютой стали знаменитые деньги-насса. Их изготавливали из маленьких, величиной до 1 см, раковин Nassa-Camelus, имеющих бугорок. Туземцы земли Наканай вылавливали моллюсков сетями со дна моря и хранили в хижинах, не обращая внимания на зловоние разлагающейся органики. Раковины подвергались предварительной обработке и нанизывались на шнурки (усики лианы) в специальных «монетных дворах». Мастера стачивали бугорок на ракушках до образования отверстия, тщательно очищали и отбеливали драгоценное сырье. Денежные низки сплетались в кольца, часто достигавшие величины колеса повозки, завертывались в пальмовые листья и крепко перевязывались бечевками. Такие кольца-обручи, похожие на автомобильные шины, содержали обычно около 500 денежных низок длиной почти по 2 м. Изготовление денег-насса было привилегией вождей.

Распространенной валютой на островах были и раковины «тамбу». Обладание ими ценилось дороже здоровья и жизни. Из предосторожности островитяне никогда не держали в хижинах «наличности» больше, чем на ежедневные расходы. Основной же капитал «депонировали» в надёжно охраняемом «доме тамбу», скрытом в глухой лесной чаще.

Современные первобытные племена Океании сохранили практику расчетов низками ракушек. Цена невесты, например, колебалась от 10 до 15 денежных низок. Ими же откупались от наказаний за проступки и даже преступления. Вот «расценки»: супружеская измена — 3-5 низок ракушек, кража имущества — 20, убийство — 50. Среди тягчайших преступлений — воровство самих тамбу, каравшееся огромным штрафом в той же валюте. И, конечно же, островитяне закапывали свои экзотические деньги в землю, обращая их в драгоценные клады.

«Преклонение перед деньгами достигло здесь такой степени, какую не может превзойти даже цивилизованный мир». Такова оценка валютно-раковинной ситуации в Океании этнографа Юлиуса Липса, назвавшего одну из своих работ «Уолл-стрит в джунглях». Он поведал миру о современных денежно-ракушечных реалиях Африки и Азии, Америки и Океании, описал немало фактов из жизни борцов с местными финансовыми кризисами, а также стяжателей и спекулянтов, разжившихся на ракушечном бизнесе.

Из истории ракушечного бизнеса

В конце ХIХ в. обрел известность некий мудрец из западноафриканского племени ашанти (нынче — обитатели Ганы), оказавшийся настолько проницательным, что еще в 1860 г. предвидел ревальвацию доллара на местном рынке. Он продал тогда все свое состояние в каури по курсу 1 доллар за 85 денежных низок. Прождав 36 лет, он умудрился обменять каждый свой доллар уже на 216 денежных шнурков каури, став таким образом богатейшим человеком племени.

На том же континенте один ушлый монарх охотно продал свое королевство колониальной «Африканской компании» за 300 тыс. каури ежегодной пенсии. А сравнительно недавно, в годы второй мировой войны, произошла такая забавная история. Когда армия императорской Японии захватила берега Индонезийских островов, где традиционно добывалась валютная ракушка, в соседних голландских колониях возник острый ракушечно-денежный дефицит. Под угрозой оказалась вся экономическая жизнь местного населения. Чтобы исправить положение, голландские чиновники решили поискать ракушки на побережье Австралии, направив туда большую группу уполномоченных ходоков. Поиски были безрезультатными до тех пор, пока один из вояжеров не оказался в крупнейшем универмаге Мельбурна, где искомые раковины продавались как детские игрушки! И голландские эмиссары вернулись к подопечным индонезийцам с мешками, полными красивых пестрых морских раковин. А в официальном отчете записали: туземному народу вернули «радость и благосостояние».

Самые долговечные деньги

другие материалы по теме: